Любого руководителя должно насторожить, когда яркий представитель гегемона - разнорабочий берет больничный. А еще больше подозрительности должен родить звонок супруги гегемона в приемную, начинающийся словами: «Только его не увольняйте!». Если болеет, чего увольнять, все люди… Но полученные на горьком опыте знания о повадках разнорабочего в живой природе тут же подсказывают, что дело пахнет банальным запоем. «Кто заболел, Толян?» - любопытствует интуиция, - «Толян может, Толян такой…». И чувствуя легкий налет недоверия в успокоительных словах начальства мужа, супруга начинает свой скорбный рассказ о неожиданно постигшей ее благоверного хвори.

Началось все воскресным вечером. А что делать гегемону в выходной? Ясен пень, строгать скворечники. Вот Толян и строгал, невзирая на последующий рабочий день и к моменту прихода жены со смены настрогался уже полноценной поллитрой и останавливаться не собирался… Кто еще позаботиться о скворцах, если не Толян. Супруга его поведение не одобрила. Более того, оскорбила действием, забрав очередной пузырь прямо из-под носа. Толян оппонировал, то возводя напраслину на «ейную мать», то ссылаясь на конвенцию по правам человека.
Супруга показала крайне низкое знание конвенций и бутылку не отдала, в результате чего Толян решился на крайнюю меру – замах наотмашь. История скрывает, имел бы этот демарш логическое продолжение или нет, раньше он себе подобного не позволял, хоть и употреблял регулярно, но жена сработала на упреждение и стала защищаться первым же, что попалось под руку. В результате Толяну была превентивно одета на голову кастрюля с остатками борща… Дебошир от неожиданности сел и дал себе слово ничему больше не удивляться, чтобы показать этой женщине, как стоически настоящие мужики принимают свалившиеся на их голову (ну а куда еще!) лишения и невзгоды, для чего даже убрал мешавший смотреть лук из борща, так некстати прилипший к глазу. Зная Толяна лично, могу сказать, что вряд ли ему шла кастрюля, как папаха сдвинутая на затылок, но пока ситуация была не безнадежной. Но нет такой небезнадежной ситуации, которую наш разнорабочий не загонит в окончательный тупик с максимальными жертвами и разрушениями. Толик сделал вид, что все в этом мире уже пройдено и старо, и культурно поинтересовался: «И чо?!». В общем-то, его супруга тоже была не права, когда пытаясь развить успех и сбить наглость, силой двух кулаков вогнала кастрюлю Толику до середины лица. Внезапно наступивший свекольно-капустный конец света, в прямом смысле этого слова, заставил Толика нарушить слово и удивиться. От постигшего его недоумения Толян резко встал, ударившись о навесной шкаф в районе макушки. Макушку, понятное дело, спасла кастрюля, но зато она не спасла нос и уши, уже до упора надевшись на голову. Готово! Рыцарь ордена вчерашнего борща.
Оператор скорой помощи никакого слова себе не давала, поэтому удивилась сразу. Долго и внимательно слушала симптомы заболевания. И поскольку по понятным причинам жена Толика из всей причинно-следственной цепи событий упирала в основном на результаты и, имея на руках предварительно поставленный супругой недомогающего диагноз «кастрюля на голове», оператор чуть было не допустила врачебную ошибку, порекомендовав обратиться в психиатричку. А куда еще, если непонятно с чего мужик носится по квартире с кастрюлей на голове. Виновница торжества представила, как приезжают психиатрические санитары, видят громко матерящегося разнорабочего, который хаосом своих движений и кастрюлей на голове сносит со стен кашпо. Логично предположить, что первым делом благоверного принарядят в специально скроенную сорочку с мудреной завязкой на спине, потом повезут лечить раны душевные, тогда как физические могут уйти на второй план. Стало очевидно, что сам экшн раскрывать придется, дабы восстановить поруганную только что репутацию супруга, как вменяемого человека. Справедливости ради упомяну, что попытка рассказать о том, как заходя на кухню муж нарушил правила дорожного движения и не пропустил кошку, которая была ему помехой справа, в результате чего споткнулся и приземлился головой в кастрюлю с борщом, чуть было не привела к тому, что психиатричку начали вызывать обоим. Пришлось исповедоваться.
Когда матерящегося Толика привезли в больницу, принимающий врач долго смеялся. Потом перестал, вежливо поинтересовался: «Ужинали?», после чего снова долго смеялся. В общем, он мог себе такое позволить, все равно необходимые для хирургической операции ножницы по металлу искали долго. Толик отделался переломом носа и немного надорванным ухом. Жена отделалась легким испугом и повинностью посещать Толяна в больнице в течение недели. Вот во время таких посещений они и помирились. Толик исправно работает, также попивая в выходные, имеет внешность боксера и погоняло «Белый Бим», хотя у того ухо было черным, а не рваным…